Сайт создан и поддерживается Фондом развития парламентаризма в России
 
   Законопроекты     Народ о законопроектах     Семинары и круглые столы     Регионы России     Литература На главную   

Текст законопроекта

Экспертное заключение на проект федерального закона "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека""

Действующая редакция статьи 8 "Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей" Закона РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" устанавливает, что изъятие органов и (или) тканей у трупа не допускается, если учреждение здравоохранения на момент изъятия поставлено в известность о том, что при жизни данное лицо либо его близкие родственники или законный представитель заявили о своем несогласии на изъятие его органов и (или) тканей после смерти для трансплантации реципиенту. В рассматриваемом законопроекте предлагается гораздо более пространная редакция данной статьи. Новации начинаются с названия статьи, которое в новой версии звучит следующим образом: "Волеизъявление лица или его близких о согласии на изъятие органов и (или) тканей) из его тела". (Сразу отметим, что предлагаемое название статьи терминологически противоречит тексту рассматриваемого закона, в котором говорится об изъятии органов и (или) тканей либо у трупа, либо у живого донора, и понятие "близкие" в российском законодательстве вообще и в данном законе в частности также не используется.) Концепцию статьи 8 предлагается кардинальным образом изменить. Действующая редакция устанавливает недопустимость изъятия органов или тканей у трупа в случае заведомого несогласия указанных в данной статье субъектов. Автор законопроекта считает необходимым ввести обязательный разрешительный порядок подобного изъятия, сделав его возможным только в случае наличия соответствующего волеизъявления умершего, выраженного в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме. В случае отсутствия такого волеизъявления согласие на изъятие органов должны дать супруг (супруга), близкие или иные родственники, либо законный представитель умершего. В пояснительной записке к законопроекту депутат А.В. Чуев сетует на огромное количество проблем и сложностей, как нравственных, так и юридических, которые порождает существующая в действующем российском законодательстве презумпция согласия на изъятие органов или тканей. Что касается нравственных проблем, здесь могут быть разные точки зрения, в том числе имеет право на существование и следующая позиция. Предлагаемая новация, стань она законом, неизбежно приведет к волоките и длительному ожиданию необходимого органа реципиентом, здоровье, а порой и жизнь которого находятся в прямой зависимости не только от самой возможности, но и от времени получения трансплантата. Проблемы юридические, о которых говорится в пояснительной записке к законопроекту, могут предстать в совершенно ином свете, если ознакомиться с Определением Конституционного Суда РФ от 4 декабря 2003 г. № 459-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Саратовского областного суда о проверке конституционности статьи 8 Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека"". В данном определении Конституционный суд отметил, что, как следует из Закона Российской Федерации "О трансплантации органов и (или) тканей человека", "трансплантация органов и (или) тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья граждан и может осуществляться на основе соблюдения законодательства Российской Федерации и прав человека в соответствии с гуманными принципами, провозглашенными международным сообществом, при этом интересы человека должны превалировать над интересами общества или науки (преамбула). Исходя из этого статья 1 названного Закона предусматривает, что трансплантация органов и (или) тканей от живого донора или трупа применяется только в случае, если другие медицинские средства не могут гарантировать сохранение жизни больного (реципиента) либо восстановление его здоровья; изъятие органов и (или) тканей у живого донора допустимо только в случае, если его здоровью по заключению консилиума врачей-специалистов не будет причинен значительный вред и может иметь место исключительно с согласия живого донора". При этом Конституционный суд прямо указал, что, определяя условия и порядок трансплантации, в частности изъятия органов и (или) тканей у трупа с целью пересадки нуждающемуся в этом реципиенту, федеральный законодатель установил в статье 8 рассматриваемого закона недвусмысленно выраженный запрет на такое изъятие в случае, когда учреждение здравоохранения на момент изъятия было поставлено в известность о том, что при жизни данное лицо либо его близкие родственники или законный представитель заявили о своем несогласии на него. Таким образом была избрана модель презумпции согласия на изъятие органов и (или) тканей человека после его смерти ("неиспрошенное согласие" или "предполагаемое согласие"), трактующая "невыражение самим лицом, его близкими родственниками или законными представителями своей воли либо отсутствие соответствующих документов, фиксирующих ту или иную волю, как наличие положительного волеизъявления на осуществление такого изъятия – при том, что никто после смерти не может быть подвергнут данной процедуре, если известно об отрицательном отношении к этому самого лица, его близких родственников, законных представителей".

Исходя из всего вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что рассматриваемый законопроект содержит большое количество юридико-технических погрешностей, концептуально весьма сомнителен и заслуживает негативной оценки.


Экспертиза подготовлена Фондом развития парламентаризма в России в марте 2005 года


   Законопроекты     Народ о законопроектах     Семинары и круглые столы     Регионы России     Литература На главную   
   Copyright © 1999–2005 Фонд развития парламентаризма в России        Letter to Admin